Бесовские обычаи и закон

Хотите верьте, хотите нет, но в 1883 году на землях тогдашней Харьковской губернии произошел вот такой случай. Юнаковский волостной суд (Сумского уезда, Харьковской губернии) рассматривал дело, в котором крестьянка обвиняла трех товарок в нанесении ей обиды действием.

В итоге суд признал обоюдную драку и по этой причине приговорил как женщину, обвинявшую остальных трех, так и обвиняемых к штрафу (по 3 рубля с каждой) за нарушение общественной тишины. Также было усмотрено, что во время рассмотрения данного дела одна из обвиняемых в суде сыпала мак около судейского стола. По этой причине судьи приговорили ее к штрафу еще в 3 рубля за занятие колдовством.

История попала на страницы этнографических исследований, Петр Савич Ефименко в своей заметке «Попытка околдовать волостной суд», написанной в 1884 году, делает весьма справедливое замечание:

«Мы сказали выше, что народ глубоко верит в чудодейственную силу колдовских деяний и продолжает совершать их до сих пор. Этому верят не только простые крестьяне, но и их выборные власти, сельские судьи, писари и т. д. Приводим вкратце содержание одного решения волостного суда, указывающего на то, что суды разделяют воззрения крестьян на колдовство. В настоящем случае именно обнаруживается верование в возможность посредством колдовства маком привлечь на свою сторону судей».

Юнаковка. Храм Рождества Богородицы 1806 год
Юнаковка. Храм Рождества Богородицы 1806 год

Но не только судьи во второй половине XIX века верили в колдовство. Из харьковских газет 1885 года можно узнать, что в Гавриловской волости Изюмского уезда местный урядник (нижний чин уездной полиции), вооруженный нагайкой, в сопровождении десятских разъезжал по селам. И если заставал молодежь на вечерницах, парней разгонял нагайкой, а девушек под конвоем отправлял в холодную (имеется в виду помещение для арестованных). В таких действиях ничего удивительного нет. Ведь духовными, а зачастую и светскими властями украинские вечерницы считались «порождением князя тьмы, омутом разврата и гибелью всего лучшего, что есть в человеке».

Илья Репин. Картина «Вечеринцы». 1881 год
Илья Репин. Картина «Вечеринцы». 1881 год

Да и простой народ, живущий на наших землях, также не особо отличался прогрессивными взглядами. В 1888 году в слободе Охочее Змиевского уезда Харьковской губернии произошел совершенно дикий случай. Местный крестьянин Селезнев, слывший в округе за колдуна, пришел на свадьбу к своему соседу и весело провел там вечер. На следующий день же с новобрачной случился припадок, вину за который крестьяне, ясное дело, приписали Селезневу. Через несколько дней местный колдун попал в гости к другому мужику. Неожиданно одна из женщин, присутствовавших там, вскочила и стала кричать, что на нее навели порчу. После этого крестьяне набросились на Селезнева и избили его до такой степени, что на следующее утро он от полученных травм скончался. Харьковский суд «по делу о нанесении смертельных побоев колдуну Селезневу» приговорил виновных к заключению на 8 месяцев.

Николай Сергеев. Картина «К селу». Конец XIX века
Николай Сергеев. Картина «К селу». Конец XIX века

Несмотря на то что, тема борьбы с суевериями на землях Слободской Украины в XVIII – первой половине ХХ века, а также уголовные преступления, совершенные на их почве, интересна многим, она и по сей день мало изучена исследователями.

Исключением в этом плане являются разве что работы прекрасного харьковского историка церковного права Амфиана Степановича Лебедева (1833-1910), созданные в дореволюционное время.

За всю свою жизнь этим выдающимся ученым было написано немало прекрасных статей и книг, посвященных различным аспектам церковной истории и права. При этом, не ленясь работать в архивах с документами Харьковской духовной консистории, именно Лебедев ввел в научный оборот уникальные документальные источники по церковной жизни Слобожанщины. Несмотря на свой небольшой объем (всего 30 страниц), книга Амфиана Степановича «О брачных разводах по архивным документам Харьковской и Курской духовных консисторий», написанная в 1887 году, и по сей день является одной из лучших работ по данной проблематике. Автор на основании архивных документов XVIII века подробно описал различные бракоразводные дела.

Однако сегодня я более подробно хотел бы остановится на другой его фундаментальной работе под названием «О борьбе духовных властей в бывшей епархии Белогородкой с суевериями». В написанном Лебедевым в 1890 году исследовании приводится ряд уникальных документов, касающихся и наших земель. Так как с 1667 по 1799 год территория Слободской Украины входила в состав Белгородской епархии и лишь в 29 октября 1799 года указом императора Павла I была образована Слободско-Украинская епархия, выделенная из до того огромной Белгородской епархии.

В самом начале автор указывает, что духовенство издавна стремилось искоренить те народные обычаи, в которых оно видело печальное наследие язычества и которые находило суеверными и несогласными с духом христианства. В 1676 году митрополит Белгородский Мисаил в своем окружном послании к духовенству называл бесовскими обычаями
«кулачные бои, колыханье на качелях, сходбища на Рождество Христово и до Богоявления на бесовские игры, накладывание на себя личин и платья скоморошеского, безвинное скаканье и плесканье на свадьбах, хождение к чародеям и волхвам, призвание их к себе на дом к малым детям и больным младенцам». От всего вышеперечисленного, якобы, многие люди забывают Бога и православную веру, внезапною смертью умирают и с качелей убиваются.

В 1732 году другой епископ Белгородский — Досифей — расширил список бесовских обычаев, а 10 ноября 1750 года Иоасаф (Горленко) (епископ Белгородский в 1748-1754 годах) еще больше пополняет этот уже довольно сложный, индекс запрещенного.

«Усмотрено нами, что во многих городах и селах простой народ, языческого празднования и идолослужения следы храня, в неделю святой Пятидесятницы празднует бесовский праздник некоей березы, а в день рождества св. Иоанна Предтечи — купала-вечерницы, с песнями скверными и чрез огонь скаканиями; все эти следы идолопоклонства празднует народ от неразумия своего, а священники по званию своего пастырства того им не возбраняют».

Иоасаф, обличая священников за такое нерадивое исполнение своего долга, предписывает им «чтобы в приходах идолопоклоннические жертвы не праздновались».

Вняв пламенному призыву своего архипастыря, духовенство ревностно бросилось на борьбу с идолопоклонничеством. Для понимания того, как это происходило на землях Слободской Украины, Лебедев цитирует доношение 1750 года в Харьковское духовное управление священника Воскресенской церкви городка Ольшаны Потапа.

После получения из консистории, указа в котором содержалось восемь пунктов «об искоренении языческих идолослужения следов» обратил внимание на то, что у его прихожанки Ксении Олейниковой вечеринцы собираются. «Я по должности своей оную девицу о несобирании оных вечерниц персонально и чрез нарочно посланных многажды увещевал, и городка Ольшан сотнику Ивану Ковалевскому, дабы запретил оной девице в свою избу вечерницы собирать, я докладывал», — пишет священник. Однако все это Ксенией было проигнорировано. Не выдержав, священник приказал своим людям 26 декабря разогнать бесовские вечерницы, что они и сделали. На следующий же день священник Потап был за это жестоко избит подпрапорным сотника Ивана Ковалевского Василием Самородским.

«Напав на меня нахально, без всякой моей пред ним винности, матерно бранил и поносил скверными словами и к грудям моим с тростью прискакивал и в глаза и по голове ударить замерялся, говоря “на что ты вечерницы разгоняешь?”», — жалуется священник. От разбитой головы и выколотых глаз его спасло то, что он смог сбежать и спрятаться под столом.

Об этой жалобе священника на подпрапорного Харьковское духовное управление сообщило в полковую канцелярию. При этом Лебедев обращает внимание на тот факт, что сам священник, пославший людей насильственно разогнать вечерницы, никакого выговора не получил, «потому что и с точки зрения правления священник, пославший разгонять молодцов и девок, собравшихся на посиделки, делал не иное что, как исполнял прямой свой пастырский долг. Мы говорим: конечно — потому, что такова именно была точка зрения того времени; ее разделяли, возносясь иногда в этом направлении еще и выше».

Архип Куинджи. Вечер на Украине.1878 год
Архип Куинджи. Вечер на Украине.1878 год

Иоасаф (Миткевич), будучи епископом Белгородским в 1758-1763 годах, очень одобрял и поощрял физическую расправу духовенства над теми, кто совершал бесовские игрища.

Например, в 1761 году, житель села Тарасовка Валковского уезда Никита Долгов подал жалобу на своего приходского священника. Он указывал, что в день Нового года, отслужив в храме литургию, священник Никита, выскочив из своего дома с топором, напал на брата Никиты Федора Долгова и «раздробил ему топоровым обухом голову до мозга». По приказу епископа Иоасафа (Миткевича) началось следствие, во время проведения которого священнику села Тарасовка было запрещено священнодействие. В итоге следователями (бывшими, кстати, лицами из духовенства) было установлено что:

  1. голова Федора пробита не попом, а попадьей,
  2. не до мозгу, а слегка,
  3. священник действительно бил Федора обухом топора, но только «по спине и по плечам»,
  4. имел на это веские причины.

Дальше позволю себе просто процитировать документ:

«25 декабря, то есть с праздника Рождества Христова, братья Долговы со множеством других черкас того же села стали собираться близь попова гумна, чтобы чинить здесь зрелище, называемое «катель», для чего таскали с одного гумна снопы пшеницы, при том же, по своему овчарному обычаю, в дуду играли и всякие неприличные чинили шалости. Священник неоднократно отсылал чинивших игрище, но его не слушали, а Федор Долгов, в отпор этому требованию об удалении, ударил даже священника дрюком по голове. Тогда священник с попадьею своею и проучил бездельника. Попадья — тем самым дрюком, которым Федор ударил попа в голову и который он тотчас же бросил, увидав кровь на голове, а сам священник — топоровым обухом».

На основании этого духовная консистория приговорила братьев Долговых за деланье игрища и прочие неприличные забавы, а Федору, сверх того, за бранные слова и «за бой священника в кровь» — к битью плетьми. В действиях же священника никаких преступных действий усмотрено не было и он был полностью оправдан и восстановлен в служении. «Ибо, хотя и оказывается, что от Федора топорищем бил, но то сделал в ревности, которая и во всяком священнике быть должна».

Константин Трутовский. Колядки в Малороссии. 1864
Константин Трутовский. Колядки в Малороссии. 1864

Так что работа Амфиана Лебедева действительно затрагивает важные правовые моменты, а также раскрывает малоизвестные страницы истории нашего края.

Как это ни парадоксально, но активные борцы с бесовщиной на землях Слободской Украины в XVIII – начале XX века (духовенство, чиновники и местные энтузиасты) сами были людьми малообразованными, темными и суеверными. Хотелось бы верить, что однажды документы на эти темы будут собраны воедино и опубликованы. Ведь подобные дела могут быть интересны не только историкам права и юристам, но и просто влюбленным в прошлое нашей земли.